Современные общества супермаркетов отодвинули феномен упаковки на дальний план. Упаковка – это не самостоятельный объект, но с возможностью стать таковым. В обществе потребления возникла проблема одноразовости. Общество потребления не любит то, что может служить долго, что само по себе не является разовым. А в это время значительная часть бытового мусора приходится именно на упаковку. Пластиковые [...]
Архив для мая, 2010
Евровидение 2010. Взгляд на цирк.
На самом деле эстрадный конкурс “Евровидение” – это абсолютно пародийное явление. Евровидение – это пародия на песенный конкурс. Однако, этот конкурс я могу назвать уникальным. Уникальность сего представления заключена в том, что побеждает тут слабейший и худший. Как-то уж принято в соревнованиях различного рода чтобы победителем был сильнейший участник, а если даже и не сильнейший, то уж не худший. А здесь картина интересная. (далее…)
Место, где парит душа
…Превозвышенный, очищенный ярким светом воздух, поля, поля, поля, простор…свобода духа, свобода души, парящее чувство, поднимающее высоко-высоко в такое чистое, фантастически чудесное небо…
Необъятность, которая отражается в бесконечности души, в вечном счастливом парении…и запах прекрасных цветов, пронизывающих все сознание, пригретое, летящее, распахнутое на всю ширь чистоты… (далее…)
Из воспоминаний
…И сказал он тогда, что музыки нет, что все, что мы считаем звуками музыки – это не настоящая музыка, сквозные звуки. И сказал тогда он, что есть только одна музыка, настоящая, – тишина, музыка тишины…
Его улыбка, очень глубокая и проникновенная, излучала мудрость на уже немолодом, но красивом лице, а его длинные седые волосы только прибавляли ему шарм. Уверенная, чистая, светлая и мощная речь исходила из его уст в самых благотворных значениях. Иногда было сложно понять, шутит он или серьезен, однако его улыбка и аккуратный короткий смех нередко сопутствовали его в беседе с нами, что, безусловно, придавало определенный комфорт. (далее…)
Утопическое
Жизнь после смерти
Что будет когда жизни уже не будет?…Если принять то, что память – это просто чип как в компьютере, чувства,
все переживания – это просто высокоразвитая форма искусственного (!) интеллекта, и что без оболочки, корпуса (тело) все это не может существовать просто-напросто, как на примере компьютера, который работает, загружая фильмы или музыку из памяти просто до того момента, пока не выдернуть шнур…то, мысли о вечности души могут немного притереться… (далее…)
Плохо не когда ты один – плохо, когда ты – ноль.
…Мечты, далекие размышление ни о чем как всегда прибавляли мне настроения, а широкая улыбка натянутая на уши самому себе отлично добавляла блеска в глаза и глоток счастья. Я сидел на крутящемся офисном кресле, кидал тупые и слегка сумасшедшие взгляды во все стороны, было неплохо…либо это обманное чувство?Нет, скорее, что нет. Реальность преобладала, надо туманностью, даже в такой отрезок времени, когда и вовсе не манил холодильник…ну разве что слегка. (далее…)
Ночь под саксофон
…Луна была далеко…и так близко. Тишина, пропитана морозным воздухом. Одинокие светила в окнах уже не мозолят глаза, а призывают к свету, возможно к дню. Темное небо, на котором не было видно звезд из слегка заляпанного окна, выглядело как-то банально, но давало повод задуматься. Полет мыслей под звуки музыки был нескончаемым, но проходил мимо, просачивался в пространстве и исчезал, зарождаясь вновь…
…Окна потеряли свой смелый свет, они были черны, как небо…хотя небо уже выглядело напрочь не таким темным, несмотря на лунный окрас, который уже давно был рассеян где-то по дороге…Мотивы нотных комбинаций несли куда-то далеко, был виден рассвет…закат, а ночь…ее не было видно там, ведь она уже здесь, стоит перед тобой, растворяясь в твоих глазах, слепя, и ты словно не видишь ее… (далее…)
Некоторое
Непроходимые заросли мыслей освещают темнотой своей прозрачность голубого пруда, распластавшегося на старой закрытой дороге. Через незащищенные двери металлического проходника раскрываются тайны, забитые шестью гвоздями под тридцатью тремя печатями просторной колесницы. Усталые взгляды давней страны волшебных улыбок растворяются сквозь небылые аликварды простонародного обезьянства. Забытые устраненные цвета, пришитые в несносный блокнот, растаяли при дневном свете ярких ламп бургундского недопонимания и холодной реки ржавого оружия, запрятанного в мокрые подвалы страны маликвардии, прошедшей свой путь через отдаленные массивы жесточайшего месива ума, порожденного малиновым компотом и пирогом со взрывчаткой.





